Дальнобойщик из Щучинска Иван Чекулаев получил в Грузии 16 лет лишения свободы за 56 таблеток тилидина, обезболивающего, которое ему назначили немецкие врачи. Приговор ещё не вступил в силу. Но уже сейчас эта история ставит вопрос шире одного уголовного дела: что казахстанское государство реально делает для своих граждан, когда они оказываются под судом за рубежом. Ранее ФБРК рассказывал об этом деле в спецвыпуске на YouTube.
ЗА ЧТО ОСУДИЛИ ИВАНА ЧЕКУЛАЕВА
22 апреля 2026 года таможня порта Поти проверила фуру, которая накануне пришла паромом из Румынии. Как следует из приговора, на вопрос таможенника о лекарствах Иван ответил, что везёт препарат для личного пользования, и сам достал пакет из сумки в кабине. В нём была коробка Tilidin comp STADA 100 мг: пять полных блистеров и шестой, в котором осталось 6 таблеток.
Экспертиза насчитала в них 5,6 грамма тилидина. Ивану предъявили обвинение по двум статьям Уголовного кодекса Грузии: приобретение и хранение наркотических средств в особо крупном размере (ст. 260) и их ввоз (ст. 262). 24 апреля суд арестовал его, отказав в залоге в 10 тыс. лари.
8 октября Потийский городской суд признал Ивана виновным и назначил 16 лет лишения свободы, а также 5 лет запрета управлять транспортом. Приговор можно обжаловать в Кутаисский апелляционный суд в течение месяца. По словам супруги Ивана, 30 октября Иван получил перевод приговора на русский язык, и в тот же день была подана апелляционная жалоба. Подать её, по словам семьи, помог почётный консул Казахстана в Грузии Ираклий Какаладзе. Нанять платного адвоката семья не смогла. Каких-либо документов о подаче жалобы у супруги на руках нет.
Из того же приговора следует, что сбыт Ивану не вменялся. Таблетки лежали в заводской упаковке с инструкцией, обыск машины и личный досмотр ничего больше не дали, судимостей у него нет. Суд учёл в его пользу, что он не сопротивлялся и добровольно выдал препарат.
Тилидин Ивану действительно назначали. В сентябре 2024 года нейрохирург клиники Klinikum Fulda подтвердил у него межпозвоночную грыжу и рекомендовал тилидин 50 мг при сильной боли. За полгода до этого, по словам семьи, у Ивана прямо в рейсе отказала нога.
ПОЧЕМУ В ГРУЗИИ ОБЕЗБОЛИВАЮЩЕЕ СТАЛО «ОСОБО КРУПНЫМ РАЗМЕРОМ»
В Германии тилидин отпускают по рецепту. В приговоре приведён ответ немецкой полиции, полученный через Интерпол: простое хранение такого препарата для себя там не преступление. В Грузии тилидин входит в список наркотических средств, и особо крупный размер для него начинается с 1 грамма. Наказание по статье о ввозе: от 15 до 20 лет или пожизненное.
При этом грузинский закон не запрещает ввозить такие лекарства. Как следует из приговора, для этого нужен рецепт с заверенным переводом на английский, справка врача и документ, подтверждающий их подлинность. Этих документов у Ивана при себе не было.
Назначить меньше 15 лет грузинский суд может, только если обвиняемый признаёт вину и заключает процессуальное соглашение с прокурором: срок плюс штраф. В письме Министерства иностранных дел (МИД) РК супруге Ивана перечислены варианты, которые обсуждались в суде 7 сентября: 5 лет и 150 тыс. лари, 6 лет и 100 тыс. лари или 9 лет и 25 тыс. лари. Ни одно из них заключено не было. По словам супруги, за полгода семья сменила нескольких адвокатов, а условия соглашения, которые ей называли, менялись и ни разу не были оформлены письменно.
СЛАБЫЕ МЕСТА ДЕЛА, КОТОРЫЕ НЕЛЬЗЯ ОБОЙТИ
В этой истории есть вопросы, на которые сегодня не может ответить никто. В заключении клиники указана дозировка 50 мг, а изъяли таблетки по 100 мг. Как следует из приговора, иных медицинских документов защита не представила, а объяснения Ивана о том, где он взял препарат, расходились. Редакция не считает возможным оценивать эти обстоятельства за суд. Но и умалчивать о них нельзя.
Именно эти пробелы оказались ключевыми. В письме МИД сказано, что после заседания 30 июля прокурор объяснил консулу: на условный срок и соглашение со штрафом можно рассчитывать, только если обратиться к Генеральному прокурору Грузии с официальным подтверждением происхождения рецепта и препарата. Такого подтверждения не появилось. Занимался ли кто-то его получением из Германии, в ответах госорганов не сказано.
ЧТО СДЕЛАЛО КАЗАХСТАНСКОЕ ГОСУДАРСТВО
По данным самого МИД, посольство узнало о задержании 23 апреля и тогда же помогло найти адвоката. На просьбу о встрече с задержанным грузинская сторона не ответила. Первое посещение консула Олжаса Илюсизова состоялось 29 июля, через три с лишним месяца после ареста. О других посещениях в документах министерства не сказано. По словам семьи, других визитов к Ивану не было.
В отчёте консула об этой встрече записано, что жалоб на условия содержания и состояние здоровья от Ивана не поступало. Семья рассказывает другое. По словам супруги, почти полгода Иван ходил в той одежде, в которой его задержали: вещи из кабины фуры ему так и не передали, и одежду пришлось искать через знакомых в Грузии. Передать её в итоге удалось при участии консульства. В тюрьму к Ивану, по словам семьи, вызывали нейрохирурга.
Когда редакция ФБРК задала вопросы, получилась цепочка переадресаций. Администрация президента и Генеральная прокуратура (ГП) РК переслали запросы в МИД. Консул письменно направил нас в пресс-службу.
Первый ответ МИД не содержал ни дат, ни позиции по приговору. Во втором министерство порекомендовало за подробностями обратиться к супруге Ивана Чекулаева. Запрос в ТОО «Скания-Боровое», где работал Иван, остался без ответа.
Важно разделить: посольство действительно не вправе вмешиваться в работу грузинского суда, и МИД прямо на это ссылается. Но вопросы редакции касались не суда, а консульской работы: когда Ивана навещали, был ли у него защитник на каждом заседании, вручен ли ему приговор. На них ответа по существу нет. Последний вопрос оказался не формальным: если со слов семьи перевод приговора Иван получил только 30 октября, то на подготовку апелляции у него оставалось меньше двух недель. Соответствует ли это требованиям грузинского закона и знало ли об этом посольство - редакция направит отдельный запрос.
ЧТО ЖДЁТ ИВАНА И ПОЧЕМУ ЭТО КАСАЕТСЯ НЕ ТОЛЬКО ЕГО СЕМЬИ
Теперь дело за апелляционным судом. Если приговор оставят в силе, у Ивана останутся два пути. Первый - передача в Казахстан для отбывания наказания, для чего нужны вступивший в силу приговор и согласие самого осуждённого, Грузии и Казахстана. Второй - помилование. В обоих случаях инициатива и настойчивость казахстанской стороны имеют решающее значение. Пока МИД ограничился фразой о том, что такие механизмы «подлежат рассмотрению при наличии соответствующих правовых оснований».
Шире семейной трагедии эта история касается каждого казахстанца, который везёт с собой лекарства через границу, и особенно водителей международных рейсов. Обезболивающее, купленное в аптеке одной страны, в другой может стать основанием для долгого срока. Редакция не располагает данными о том, сколько казахстанцев сейчас находятся под судом в Грузии по похожим статьям. Однако если консульская помощь в таких делах сводится к одному посещению и переадресации вопросов, риск повторения подобных историй остаётся.
МНЕНИЕ РЕДАКЦИИ
Мы не берёмся судить, законен ли приговор грузинского суда, это задача апелляции. Но документы показывают, что исход дела во многом зависел от того, удастся ли официально подтвердить происхождение лекарства. И именно здесь семья оказалась один на один с иностранной судебной системой, меняющимися адвокатами и устными условиями сделок. Консульская помощь, судя по ответам госорганов, свелась к формальному минимуму. Редакция считает, что государство должно ответить на вопрос не о том, на контроле ли дело, а о том, что конкретно сделано и будет сделано, чтобы его гражданин получил полноценную защиту и шанс вернуться домой.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Дело Ивана Чекулаева не закончено. Редакция ФБРК подала жалобы на оба ответа МИД, их должны рассмотреть во второй половине ноября. Открытым остаётся главный вопрос: что казахстанская сторона сделает после апелляции, если срок останется прежним.
ФБРК продолжает следить за ситуацией.
