В Иргизском районе ветеринары подтвердили у павшего скота сразу три диагноза одновременно - тейлериоз, пироплазмоз и лептоспироз, из-за которых сельчане аулов Шенбертал и Курылыс за считанные дни лишились десятков голов. Такое сочетание возбудителей нетипично для одной вспышки, и оно неизбежно возвращает разговор к вопросу, который фермеры в разных регионах задают не первый месяц: можно ли доверять формулировкам ведомства, если в других областях их уже публично оспаривали профильные эксперты.
ЧТО ПРОИЗОШЛО
Жители аулов Шенбертал и Курылыс обратились за помощью после того, как за несколько дней потеряли десятки голов скота. На начальном этапе, по данным управления ветеринарии Актюбинской области, лаборатория не смогла точно определить возбудителя, потребовались дополнительные пробы. Как итог, у 51 павшего животного подтвердили тейлериоз, пироплазмоз, а в отдельных случаях - лептоспироз.
Тейлериоз и пироплазмоз - паразитарные заболевания, которые передаются через укусы кровососущих клещей. Лептоспироз отнесён к особо опасным болезням животных, его переносчики - грызуны. Почему вспышка сопровождалась одновременным выявлением сразу трёх возбудителей, включая особо опасный лептоспироз, пока остается неизвестным.
КАК РЕАГИРУЮТ ВЕТЕРИНАРЫ
Специалисты ежедневно обходят дворы, изолируют больных животных и организуют лечение. Вводятся ограничительные меры для стабилизации эпизоотической ситуации, оздоровительные мероприятия проведёт республиканский противоэпизоотический отряд. В район выехали специалисты комитета ветеринарного контроля и надзора министерства сельского хозяйства (МСХ), Актюбинской областной территориальной инспекции и управления ветеринарии - они встречаются с жителями и разъясняют принимаемые меры.
ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ ДЛЯ МСХ
ФБРК ранее писал о случаях, когда официальные диагнозы министерства сельского хозяйства расходились с оценками независимых ветеринаров. В Западно-Казахстанской, Костанайской и Карагандинской областях диагноз «пастереллёз» у скота и сайгаков вызвал возражения доктора ветеринарных наук Гайсы Абсатирова, указавшего на клиническую картину, характерную для ящура. Схожая история повторилась, когда министр Айдарбек Сапаров заявил об отсутствии особо опасных заболеваний в стране. Ветеринарное сообщество назвало это утверждение не соответствующим действительности.
Иргизский район стал очередным примером того, что казахстанская система ветеринарной безопасности работает скорее в режиме реагирования на уже случившуюся катастрофу, чем предупреждения подобных случаев. Массовый падеж скота, затянувшаяся диагностика и отсутствие внятных объяснений, почему такая ситуация вообще стала возможной, лишь усиливают недоверие к официальным выводам. Тем более что это уже не первый случай, когда позиции МСХ расходятся с оценками независимого ветеринарного сообщества.
Если государственная система действительно контролирует эпизоотическую ситуацию, она должна не только констатировать диагнозы постфактум, но и объяснять причины вспышек, предотвращать их распространение и отвечать на вопросы фермеров до того, как они потеряют десятки голов скота. Пока же складывается впечатление, что главной функцией ветеринарной службы остается ликвидация последствий, а не защита животноводства от новых эпизоотий.
